ФЭНДОМ


Серия военных походов, зачем-то предпринятых Мызой по поводу 800-летия Нижнего Новгорода.

-C5waRpvHC4

Типичный кондотьер времен Моршанских походов Мызы

Закончилась взятием Тамбова и присоединением его к исконным землям Нижегородско-Суздальского княжества, потому что он всегда им принадлежал, а также крупным сражением за Саранск.

В Моршанских походах выделяются следующие основные этапы:

- Первый Суздальский поход Колая за шуйской водкой;

- Второй суздальский поход Колая (т.н.Синий поход), включающий Битву за Ковров и Основание памятника Е.Е.В'Ощипу в виде котлована с арматурой;

- Поход за Гусём, окончившийся разбиением Гуся-Хрустального;

- Моршанская осада, включающая Шоколадное стояние (овладение кондитерской фабрикой в Касимове), захват Шацка и Сасова;

- Осада Тамбова;

- и, наконец, Сражение за Саранск.

В ходе Моршанских походов Хаилу был пожалован титул Тана Муромского, Лукиан отслужил 18 полноценных и более 1400 походных месс, а Колай напился пыбонг с ушанк.

Сорбина Небо не принимала участия в кровавых завоевательных походах по причине природного благоразумия, скромности, гораздости, плечистости и прочих многочисленных положительных качеств.


Первый Суздальский поход Колая

274758

Первый Суздальский поход

Начало кампании положил пришедший Колаю общественный запрос предложений в программу мероприятий по празднованию 800-летия городского округа города Нижнега Новгогода.

Колай выпил для вдохновения остатки шуйской водки и, облизнув огрызок синего химического карандаша, нацарапал им на картонке из-под соды следующее:

1. Побелить кремль;

2. Восстановить Нижегородско-Суздальское княжество;

3. Позвать нормального князя из варягов.

- Думаю, что этого будет вполне достаточно для хорошего праздника, - заявил он удовлетворенно в пустоту колаевой избы, добавив: - А скоморохи-содомиты всегда найдутся!

Второй Суздальский поход Колая

- Ты это шутишь или не шутишь? – удивленно отозвался из пустоты неизвестно каким

образом образовавшийся там Лукиан Кобрин.

- Не шучу, - важно ответствовал Колай и предложил. - Говорю, князя нам надо. Из датчан! А не это вот всё.

- В общем, я за. В Суздале эээ… что-то там было. Из бухла.  Медовуха? – переспросил Лукиан.

- Именно! МЕДОВУХА! Затем и надо, - уверенно заявил беспочвенник, почесывая ухо лаптем. - У меня в отличие от некоторых все логично. Если надо воевать Суздаль - то с целью медовухи, а не просто потому что #суздальнаш.

- А можно мне Ковров? – с надеждой вопросил Лукиан.

- Забирай. Нахуй он нам не сдался. Можешь полностью его вырезать. Можешь коврами устлать – все равно, - твердо отвечал Колай.

- А ты там когда-нибудь бухал? – каверзно спросил Лукиани не дожидаясь ответа мечтательно продолжил. - В общем дело в том, что Ковров это такой город... Там надо бухать в октябре и проникаться тленностью вообще всего…

- Это родина В’Ощипа, по идейным соображениям не бухал, - резко прервал романтическую сентенцию Колай, отрастивший фельдмаршальский жезл.

- Блядь, этот человек мне даже Ковров испортил! – разочарованно воскликнул несколько недолюбливавший актуальную поэзию Кобрин.

- Захватим Ковров - поставим там В’Ощипу памятник. Он будет представлять собой котлован. С арматурой, - предложил Колай, чтобы как-то утешить коллегу.

Лукиан в ответ спел осанну, причем такого размаха, что ей пришлось дать имя как любому порядочному североамериканскому урагану. После того, как Нина Осанна Иванова была допета, Колай завернулся в занавеску как будто в патрицианскую тогу и продолжил влажные завоевательные мечтания.

Поход за Гусём

- А как Суздаль захватим - пойдём воевать мордву! Дальше пойдём на юг, отхватим Гусь-Хрустальный, Касимов, Муром, Сасово и Шацк.

Oskolki-byushchegosya-stekla

Гусь-Хрустальный в процессе переименования в Гусь-Битый

- А что у нас в Гусе-Хрустальном? Водка? – переспросил фельдмаршала разгоряченный медовухой Лукиан.

- Набор рюмок для водки Гусь-Хрустальный «Махараджа»! – ответствовал Колай, читавший в свое время об этом чуде в журнале «Крестьянка» за 1981 год. - Остальное - разбить нахуй.

- И ёбла! – поддержал беспочвенника Лукиан- Гусь-Хрустальный переименовать в Гусь-Битый.

- Дальше в Касимове берём шоколадную фабрику! – продолжал Колай сквозь пробивающиеся на щеках багратионовские бакенбарды.  

- Муром не трожьте, Муром уже мой! – громко сказал кто-то знакомым голосом из-за печной заслонки.

- Так мы и не трогаем, - робко ответил порядочно струхнувший Колай. - Хоть на голове там стой!

- Мы его захватим и отдадим тебе, поставим тебе там памятник, - присоединился Лукиан, не совсем еще понимая, кто так грозно заговорил с отцами из печи. 

- Кто-кто! Хаил тан Мурома! – представился вылезший из жерла печи перемазанный сажей Хаил.

- Айран, - ответил, просмеявшись, Колай.

- А вот Владимир забирайте на хуй. Три дня на поток и разграбление. В смысле грабить можно три дня, а девок токмо по согласию и втихаря.

- Отныне да будет дополнена Лохань таном Муромским, - отвечал Колай, но по здравом размышлении от Владимира отказался.

- Ну хоть Выксу дотла спалите. Или Дивеево, - вопросил свежеиспеченный тан.

- Не пойду я в Дивеево, - заявил Лукиан.

- И я не пойду, - присоединился Колай. - Там кроме говна и елея нет ничего. А у меня все четко: в Моршанске сиги, в Шуе водка, в Тамбове гондоны. А в Дивееве – попы, да одни постные пироги по 100 рублёв.

- Причём они настолько постные, - добавил Кобрин, - что при изготовлении сэкономили даже на капусте. Не пойду в Дивеево.

- Я предлагаю славному тану сжечь Дивеево самостоятельно, не отвлекав главные силы от похода на Саранск, потому что на второй год там уже собирается Великая Мордовская Орда и мы вполне можем отхватить по самое небалуйся, - резюмировал Колай, допустив сразу две грамматические ошибки.

- Я, как лицо духовное, против, - заявил тут Лукиан. - Могу стать дивеевским аббатом после похода.  Есть возражения?

- Никаких, - ответствовал Колай. - но поскольку великая любая война идет вечно, хер тебе а не абботство.

- Хорошо, просто оставьте мне его как мечту, - попросил отцов свежепомазанный аббот.

- Хорошо. Наладим там выпуск монастырского пива. На этикетке напишем, что ты де Лукиан Кобринский, аббот Дивеевский, патер клостер и прочая. Итак, берём шоколадную фабрику!

- И сжигаем?

- Естественно! В Сасове тупо смеёмся. В Шацке поворачиваем на восток. Входим на территорию дикой мордвы и под Явасом даём бой.

- А Моршанск? – удивленно вопросил Лукиан.

- В следующий раз, - рубанул призрачной шашкой Колай, ополовинив единственный в доме тубарет.

- Мне нужен Моршанск, - уверенно заявил Лукиан. - Я там поставлю памятник альтисту Данилову. Будет состоять из синего забора с надписью "ХУЁВЫЙ ИЗ БАШМЕТА ДЕМОН".

На этом месте отцы порешили, что если идти на Моршанск, то уже тогда надо брать и Тамбов, так как Тамбов - это исконные земли нижегородско-суздальского княжества, что бы это ни значило.

Моршанская осада

Кампания принимала затяжной характер. Мызина рать пополнилась шацкими кондотьерами, сасовскими пикинёрами-дрекольерами (без пик, но с дрынами), но впереди лежал неприступный Моршанск. Крепость, выстроенная моршанцами вокруг Моршанской табачной фабрики, ощетинилась во все стороны бычками, папиросами и сигаретами без фильтра.  

Октинув взглядом грозное сооружение, Лукиан сплюнул и заметил: "А, вот где производятся сигареты

«Тамбовский волк». Боюсь, не возьмём Моршанска. Придется оставлять их курить в нашем тылу".

41402323

Стандартное вооружение моршанских пращников времен Моршанских походов Мызы

- Ты погоди унывать, - отвечал Колай, ежась и пытаясь поглубже закутаться в брезентовую косоворотку с погонами, споротыми с бушлата путевого обходчика РЖД. - Не все так плохо. Я вот чего разузнал. Владелец «Моршанской табачной фабрики» получил 3 года и 10 месяцев в колонии общего режима за уклонение от уплаты налогов. Без хозяина фабрика-то не работает.  А мы им пообещаем, что всё княжество переведем на сигареты «Космос» и нюхательный табак их производства.  Там пол-Моршанска в рать вступит после такого!

- А ты уман! – похвалил товарища Лукиан и предложил нанять в войско моршанских пращников, которые кидаются нюхательным табаком.

- Это ж как в песне поётся:

«Табакоооом в неё бросает,

в некуряяяящую мордву!» - грянули басом Отцы на мотив «Из-за острова, на стрежень».

Вскоре после взятия Шацка и Моршанска Отцами была объявлена амнистия за вступление в ряды нижегородско-суздальской рати. Каждому вступившему отпускались мелкие административные правонарушения и смертные грехи, жаловалась хрустальная рюмка и шоколадка из захваченных ранее запасов.

Осада Тамбова

- Так, дамагеры есть. Тяжёлое войско нужно, - размышлял Лукиан в походном шатре, разложив на оперативной карте боевых действий картошку. - Шацкие кондотьеры это кавалерия. Дальний бой с пращами тоже имеется. Как всегда проблема с тяжами. А вот в моршанском районе есть некая Ракша. Там часом ракшасов нет?

- Есть, - ответил Колай, оторвавшись от стратегической фляжки с бугульмой. - но дикие. Лесные.

- Хаил бы приручил?

- Хер знает.

- Или Сосипатыч – лаской!

- Вот это скорее. Надо заслать Сосипатыча в моршанские леса, - решил Колай и продолжил стратегическую бугульму. - Так. Что есть в Тамбове? Впрочем, кое-что есть.

Итак, ОАО «АРТИ-Резинопласт» - производство резинотехнических изделий.

Уфуцпфу

Планы фельдмаршала по захвату инфраструктуры Тамбова

ООО «ТАЗРО — Красный богатырь» (обособленное подразделение в г. Тамбове) — производство резиновой обуви.

ОАО "Тамбовское спиртоводочное предприятие «Талвис».

ЗАО «Волковский спиртзавод».

ОАО «Орбита» — производство плавленых и мягких сыров.

И многобещающее ООО «Тамбовский бекон» Разное. Так и написано: РАЗНОЕ.

Что ж начнем осаду!

- Затяжную!

- Многочисленные и беспощадные осады!

- Подчёркиваю!

- Естественно!

- Выпиваем всю тамбовскую водку!

- Рвём все тамбовские гондоны!

- …и тамбовцы от безысходности сдаются сами!

- Там есть Орбита, обалденно. Есть закусь, плавленые сырки.

- Мы же на Саранск идём. И Тамбов нам в принципе не нужен, - внезапно протрезвев сказал Колай.

- Давай сделаем Тамбов вассальным княжеством, - предложил в ответ дивеевский понтифик. - пусть они сами разъёбываются. Кстати, в Тамбове надо поставить памятник Коняеву.

- Дык, - отвечал невпопад фельдмаршал.

- А Шую мы тоже оттяпаем? Я бы предпочёл Кохму, конечно, но ладно, не хочу воевать с Ивановской Федеративной Республикой

- Ну, мы уже упилили в Тамбов. Так что перезимуем там и пойдем на Саранск весной. В июле.

- Через Пензу? В смысле, Пензу брать не будем, провиант возьмём.

- Пива. «Пензаbeer».

- Так просить же будут. «Батюшки милые, возьмите Пензу!» - юродствуя, взмолился Лукиан.

445959 w0 h0 6

Пензенский провиант

- Нахер идите, пензюки! – вскричал Колай.

- Ради бога, спасители!

Но не тронула чёрствого сердца Колая по-надрывная песнь пензюков…

- У меня вопрос по поводу Выксы, - откуда ни возьмись взялся Хаил. - Что будем с ней делать? Ведь её ж нельзя не сжечь. С одной стороны. А другой стороны нет, так как это Выкса Мёбиуса.

- Лан, хер с ней. Еще время на нее терять, - подытожил Лукиан. - Ещё надо по идее сжечь Чебоксары…

- Сначала Саранск надо воевать, - прервал аббата фельдмаршал. - А то мы второй год вокруг него ходим – и никак. Придумал! Мы же наняли шацких кондотьеров? Значит,  спустимся на стругах по Алатыри и нанесем неожиданный удар  под Лямбирь! И тогда погоним мордву до самой Татарской тавлы!  

Битва за Саранск

VElVwXBZWrc
«Ах, что за армия! – писал в дневнике экспедиции аббат Дивеевский Лукиан Кобрин, исповедник и капеллан нижегородско-суздальской рати. - Впереди дикие ракшасы из тамбовских лесов. За ними выстроились моршанские пращники. По-над рекой несётся отряд

шацких кондотьеров на деревянных конях. Ваш покорный слуга Лукиан на телеге служит мессу, пытаясь петь баховский Кирие элейсон на 4 голоса. Хаил сияет с картонного облака, на знамёнах светлый лик Сорбины. Колай верхом на Сосипатыче вдохновенно хлебает лаптем пыбонг с ушанк. Фельдмаршал возглавляет легион шацких кондотьеров на лихих деревянных скакунах. Войско сопровождает ансамбль конной песни».

«И пляски!» - доцарапано рядом неровным гвоздем Колая.

- Ну и что что все в говно, зато мораль высокая, - заметил фельдмаршал Курунов. - однако же, картина.

- Где будет главная битва? – призвал Отцов вернуться к стратегии Лукиан. - Лемдяй? Сузгарье? Река Левжа? Мы форсируем 25-й пруд, войдём под загадочные своды Махровского леса (хуй его знает зачем форсировать пруд, заметим мы тут в скобках (Лукиан настоял, заметим мы тут во вторых скобках)) и схватимся с мордовскими ордами близ лыжно-биатлонного центра?

- Могу выдать невидимых уланудэсских егерей. Немного. Всё равно напьюцца. Еще есть

элитные макритантские роты из Иванова, - предложил тан Муромский.

- Откуда ты вообще взял эту гадость? – переспросил Лукиан. - Егеря? Что они там ловят, блять, в Монголии?!

- Белок ловят, - разъяснил тан.

- Хорошо, пусть будут уланудэские егеря, - согласился Лукиан. – Но маркитанты пусть в Иванове остаются.

- А маркитантки? Как без них?

- И макритантки там же, нечего тут разводить бордель, и так уже развели.

- Маркитантские роты имени Ларисочки! С смысле не в роте, а во рту, - уточнил Хаил.

- Ладно,бери. Только держи их в узде!

- И обзательно мой Подводный Калмыцкий Эскадрон имени Водолаза Кротова!

- Он нам очень поможет при форсировании 25-го пруда.

- Куда вы полезли в пруд-то, ну ебана матерь, - восхитился отвлекшийся было на маркитанток Колай. - Телегу утопили, у пращников табак намок, тяжелые ракшасы утонули…

- И ничего не утонули! – возразил Лукиан. - Затем и брали калмыцких водолазов, они подсобили! Плюс асиралы.

- Плот! Плот нужон! – забегал в отчаянии Колай по штабному шатру. Сшитому из портянки Хаила. – Жалко, что «Гибль» ещё тогда потонул.

- Можно перекинуть через пруд дуду и по ней как-то бочком, - неуверенно предложил Лукиан. - Но Колай то по любому поскользнется.

Глядя на бесславно мокнувших в пруду пращников, Колай отчаянно взвыл. 

- Что у нас там было ненужное? – судорожно вспоминал Лукиан. - Так-то всё, ясно дело… Так, погодите. У нас же кондотьеры на деревянных конях! Переработаем их во временный плот.

- А скакать на чем? – спросил Хаил. – Они ж ходить разучились от долгого сидения в седле! Лучше сделаем яхту из панцыря захочня.

- Захочня изловить сначала надо, - урезонил художника Лукиан и продолжил. - Может, Не Того попросим? Чтоб наложил временный баф хождения по воде.

- Точно, - возрадовался Хаил. - Но тут небольшая проблема. Я кого не пытаюсь попросить - постоянно не_тот.

Видя, как под воду уходят остатки сасовских дрекольеров, фельдмаршал испустил настолько истошный вопль, что с неба попадали оглушенные насмерть бумажные галки.  

- А может, Муруния попросим?

- Да он какую-нибудь херню учудит опять.

- Но если учудит, то за ним придет Не Тот! И у него уже попросим!

- Муруний это авиация! А по лору авиация - это кавалерия. А кавалерия у нас уже есть, кондотьеры эти долбаные. За лимит выходить нельзя, - жевал проблему Лукиан, ходя вдоль бьющегося в истерике Колая. - Так, я вижу согласья нет. В общем, предлагаю способ "как-то". Как-то наша светоносная армия форсировала 25-й пруд. Никакие ракшасы не тонули, но у пращников подмок табак.

- Никогда еще слово не было так действенно! Особенно слово «как-то», – восхитился Хаил.

- Никакие ракшасы не тонули, но у пращников подмок табак! – весело повторил аббат.

- И это послужило причиной. - громогласно продолжил воскресший от кататонии Колай, нарушив на радостях русскую пунктуацию.

- .

- Разумеется!

Тем временем мордовская орда, не ожидая удара со стороны 25-го пруда (потому что мордве никогда не приходило в голову, что на Том берегу что-то есть (да и плавать они не умели сроду)), ну так вот, та самая орда обедала шкурками от атяшевских сосисок в махровском лесу. Был июль и носки цвели махровым цветом. В общем, ракшасы смели их вместе с шкурками и выкинули в компост. Надо сказать, и Колай не преминул это сделать, что это был авангард мордовской орды. В арьергарде авангарда мордовской орды доедал свою шкурку хромоногий ветробыстрый гонец Ильмураз. Он увидел ракшасов и бросился со всех своих одной ноги. В ставку вождя орды. Доложить о случившемся (это называется парцелляция, и за нее в приличном обществе бьют подсвешниками, но - слава Не Тому! - мы не там). Пока мызинское войско перебиралось через пруд и отмечало это событие, он успел быстро в три дня прохромать 42 километра до маршрутки и уехал на ней в Москву на заработки. Там он устроился кульером и вскоре, благодаря своей гендерной исключительности, стремительно вырос по карьерной лестнице до грузчика. Но столичная диаспора ногов не принимала одноногого…

- Бля что, реально? Од-но-но-го-го?! Это что за слово? – возмутился Колай.

Лукиан, возлитургисав, грянул Санктус.

- Бля, не ожидал от тебя русская езыка такой подставы!

- Лошадиное слово!!! – восхитился тан Мурома. – Ору!!! Кричу кикиморой!!!

- Катарсис сука.

XDQndizzDE4

- Так называется отряд кондотеров. Шацких. Полк Одноногого (а вот тут парцелляция. Отметим. Очень даже к месту (но не тут, в скобках. Конечно же, за такое и бьют подсвешниками)).

- Ну и черт с ним, с Ильмуразом, потому что орду никто так и не предупредил, - проржавшись продолжил фельдмаршал. - Стремительным марш-броском через неделю кондотьеры достигли лыжно-биатлонного центра, что находился в 200-х метрах на выходе из леса рядом с мусорными баками с красноречивой надписью «ЖЭУ-5».

- Облыжно-биатлонного! – поправил Лукиан.

Проблема была в том, что ордынцы были отлично вооружены облыжными палками и биатлонными битами. И здесь, наконец, проявили себя моршанские пращники! И как проявили! Они съеблись с поля боя за два часа до начала.

- Пиздец! - вскричал Колай и упал за ними вдогонку с Сосипатыча.

До боя оставался еще 1 час 59 минут, а кризис управления встал в полный, так сказать, рост. Лукиан отслужил две мессы подряд. Водолазы никак не могли выбраться из пруда на берег, испуганные морские коньки отчаянно сопротивлялись.

И тут Хаил вытащил из штанов джагернаут (2,5 литра) и началось!

Все погнались за ним!

А он никуда не побежал.

- Кстати, я знаю, как удалось форсировать 25-й пруд! – невпопад заметил Лукиан. - Его просто обошли по берегу, предварительно напоив Лукиана, чтоб отъебался со своим форсированием. А когда он проснулся, ему просто сообщили, что пруд как-то форсировали. Как при этом блядские пращники умудрились намочить табак, никому не ясно.

- Не-не, пруд выпил Колай с похмелья, - заявил Хаил.

- Хуй тебе, - твердо отвечал аббот. - Мне надоели версии. Эта будет окончательной. Мы никогда не выясним, что на самом деле произошло, тем более, что Лукиан спал пьяный, а я и есть Лукиан. Так вот. Тем временем, проснулся Лукиан, то есть я.

Осмотрев поле не-боя, упомянутый понтифик охуел и заголосил что-то из страстей по Иоанну, коих даже не слышал. Ракшасы это восприняли очень по-своему и погнались за пращниками, коих повылавливали в Юго-Западном лесопарке и с пиздюлями водворили на позиции. (сука 2,5 часа уже захватываем ёбаный Саранск, захватить не можем).

До боя оставалось 29 минут. Героем себя показал Сосипатыч: бесстрашно он вернул Колая к жизни (как он это сделал, история со стыдом умалчивает), взгромоздил на себя и похмелил, после чего Колай снова возглавил шацких кондотьеров.

Армия была готова выступать, но тут выяснилось, что для штурма облыжно-биатлонной базы необходима артиллерия.

- Да сука! - сказал Лукиан.

До боя оставалось 5 минут.

- Катапульты? – предположил было Колай, но в этот момент лица Отцов просветлели и они хором выкрикнули одно и то же слово.

- ТУБАРЕТУШЕ!

За 4,5 минуты до боя Отцы начали колотить тубаретуше из тубаретов, которые остались от арьергарда мордовской орды. Колай от сердца оторвал свой любимый тубарект, который носил на заднице, как один из героев мультипликационного фильма «Следствие ведут Колобки». Хаил выпил джагернаут, а Сосипатычу не дал. До боя оставалось 1,5 минут, а Сосипатыч был существенно не удовлетворён.

И вот, за 30 секунд до начала боя тубаретуше был закончен и его спустили с цепи…

142

Тубаретуше из запасников марийского музея-заповедника, макет

- Кстати, а зачем он был нужен-то? – спросил Колай.

- Хуй его знает, - ответил Лукиан.

- Блять! - возопил Колай.

- Но сколотили же, не пропадать добру, - успокоил его аббат.

Отцы погрузили Сосипатыча в чашку тубаретуше и закинули прямо в гущу облыжно-биатлонной базы. Оставалась одна секунда до начала боя…

Стремительно кондотьеры понеслись вперед, споткнулись и упали.

Сосипатыч погрузился в кипящую гущу и раздался вопль мордовской орды (Сосипатыч-то был неудовлетворён)!

Таким образом, бой закончился, не начавшись.

Колай поднял флаг из тельняшки, символизируя победу. Оставалось только взять ставку вождя орды.

Последний бой. Ставка Лукиана

Вождь пошел ва-банк. Ставка была все царство. И Лукиан решил перебить его ставку!

Pref-club

Лукиан тренируется бить ставку вождя. На картине также отражены Колай, Хаил, Сосипатыч и даже Сорбина, которой там не было.

Оставалось только найти её расположение.

- Где-то посередине стола как правило, - блеснул своими познаниями в азартных играх Колай.

- Ладно, ладно, а я уже приготовился разместить её на Серадзской улице.

- Одно другому не мешает.

Итак, посередине стола на Серадзской улице вождь орды расположил свою ставку. Он был уверен в победе. Потому что на руках у него был мордовский флеш-рояль. Вытатуирован (еще одна парцелляция и это все плохо кончится, клянусь!).

Однако Лукиан разыграл сицилианскую защиту, которая заключалась в том.

- Как вариант. Но для уверенности приложил доской.

Итак, Однако Лукиан разыграл сицилианскую защиту, которая заключалась в том. Но для уверенности приложил доской.

После этого вождю ничего не оставалось, как скинуть карты и признать поражение.

- Господи, наконец-то я хоть где-то победил, - заорал Лукиан и спел Лакримозу на 5 голосов.

Так и был взят Саранск.

В честь победы Отцы соорудили в центе города триумфальную арку из валенок и атяшевских сарделек. Впрочем довольно скоро она была наполовину изношена наполовину съедена счастливыми саранцинами… саранчанами… короче, жителями Саранска.

- Кстати! Если арьергард был разогнан в лесу…

- До первой космической!

- …основные силы грязно побеждены Сосипатычем на базе…

- Дважды!

- …а ставка вождя побита на Серадзской, то авангард орды где?

- А его и не было. Это была тактическая уловка.

- Ну что ж. Так себе уловка кнешн. Но побеждённые всегда достойны победителей, нес па? - глубокомысленно спел по этому поводу араб, мирискусник и выжига Омар Лукоян.

В общем, когда всё было кончено, Лукиан произнёс: «Для графа де ля Фэр это слишком мало...»

- Это монолог Атоса, мудила, а ты Арамиса должен изображать, ты ж аббат! - вежливо напомнил Колай.

- В таком случае, пошли бухать, - нашёл компромисс неутомимый капеллан.

- Жаббат! - хохотнул Хаил и накатил.

Так и закончилась эта удивительная история, которая началась как всегда, а закончилась как обычно.

P.S. - …забыли флот арзамасских ушкуйников. Хотя с этими алкашами мы бы и до Шуи не дошли.

- Пеший! Пеший флот арзамасских ушкуйников!..